В той сфере, которой присущи ревность, злословие и торговля сплетнями, невозможно найти никого, кто бы не любил актера Скотта Бакулу. Спросите любого из актеров или съемочной группы "Квантового скачка" и вы услышите одни и те же слова: "настоящий профессионал", "необычайно талантлив", "легок в общении", "связующее звено, которое держит всех вместе".

Профессионалы старой закалки, а это относительно скептически настроенная группа людей, кажется, зачарованы его энергией и поражаются тому, как он тратит обеденное время, организуя матчи по софтболу или катание на роликовых коньках вокруг съемочной площадки. Помощники режиссера отмечают, как мало режиссуры требует Бакула, и что он сам выполняет все трюки, то и дело получая травмы в процессе съемок. Приглашенные актрисы говорят о его вежливости и обходительности.

Кажется, трудно в это поверить, пока не поговоришь с ним лично.

- Как вы попали в сериал, как вы получили роль?

- Мой агент позвонил мне и рассказал о новом сериале Дона Беллизарио. Я не знал его, и он не был знаком со мной. Один из работников кастинга знал меня и пригласил меня туда.

Самым замечательным в этом было то, что случилось все очень быстро по голливудским меркам. Во вторник мне позвонили. Сказали, что пришлют мне сценарий, но прислали только две сцены. Я вызвал моего агента и спросил - "Где же сценарий?" - Тот ответил - "Вообще-то он еще не готов".

Итак, я получил эти две сцены [из первой серии], и они были потрясающими. Там была сцена, где я вижу Эла, когда я ловлю рыбу со своим сыном, он проходит мимо; и сцена в автомобиле, где я еду со своей женой домой из бара, и мы начинаем говорить о жизни и о всяких вещах.

Я прошел пробы на роль. Тем вечером, неожиданно, сценарий был готов полностью, и я получил его. В четверг я снова пришел туда и встретился с людьми из "Башни" [высотное здание штаб-квартиры "Юниверсал" известно в Голливуде как "Черная Башня"]. У меня снова были пробы [перед представителями "Юниверсал Телевижн"]. В пятницу я пошел в офис телекомпании [чтобы встретиться с представителями NBC]. В пятницу днем мы обговорили дела, и поздним вечером пятницы все было улажено. Через пару недель мы уже снимали. Это было быстро.

- Чем заинтересовал вас этот фильм?

- Мне понравился сюжет. Он постоянно удивлял меня.

- Внесли ли вы что-либо свое в эту роль?

- Думаю, я дал сериалу возможность выйти за рамки того, чем он мог бы быть - из-за моей театральной подготовки, из-за моей спортивной подготовки... Первоначально предполагалась работа с дублерами при исполнении трюков, но думаю, зрителю намного интереснее было знать, что я все делал сам.

Сэму придумали подробную историю и биографию. Знаете, он раньше играл на фортепьяно и не мог решить, стать ли ему пианистом или нет; он играл в баскетбол с братом. И многое из этого я мог сказать и о себе. Когда я рос, я занимался многими, очень многими вещами, пока мой отец не сказал мне наконец - "ты должен что-нибудь выбрать, ты не можешь осваивать по шесть видов спорта в год. Так не годится".

- Что было самым трудным из того, что вам когда-либо приходилось делать во время съемок?

- Наиболее физически трудной была трапеция, потому что я страдаю морской болезнью. И мало того, что я качался назад и вперед, я висел вверх тормашками в течение многих часов. Меня тошнило почти все время. У меня были и иголки в ушах - я пробовал акупунктуру и тому подобное, я пробовал все.

- А вы не думали просто пригласить дублера для исполнения трюка?

- Вообще-то, камеры у нас висели в воздухе. В момент "скачка" я должен был качаться назад и вперед, вниз головой. Никак нельзя было поставить кого-то другого. Это должен был быть я. Причем у нас было три или четыре страницы со сценами на трапеции.

- Какая роль из сыгранных вами в этом сериале была самой трудной?

- Я думаю роль в эпизоде "Электрошок" ("Shock Theatre") в прошлом году потребовала от меня много сил. Это было самым волнующим и полным из того, что я сделал во время съемок, потому что это дало мне шанс, фактически, на несколько минут перевоплотиться в этих людей, вместо того, чтобы быть только Сэмом внутри этих людей. Я просто должен был принять их индивидуальность.

Эпизод с беременностью был чрезвычайно трудным.

- Вы изучали характеры? Общались с беременными женщинами?

- Ну, у меня была жена. Ее беременность протекала на моих глазах. Во многом из того, что я сделал в том эпизоде, я просто воспроизвел то, что она чувствовала и ее поведение в течение беременности. Но то, чему я учусь и делаю в сериале - и это совершенно другой подход, отличный от всего, что я делал прежде - я учусь, а затем забываю. Я пытаюсь углубляться в это как можно меньше. Например, если я должен раскачиваться на трапеции, я должен этому обучиться, а затем забыть об этом. Или если я должен боксировать, я должен пройти подготовку, а потом забыть об этом.

Но недавно, когда был эпизод с женской вокальной группой, "скачок" происходил в середине первого номера программы. И я сказал им: " Вы можете делать что хотите - тренируйтесь, репетируйте, что угодно - но когда будете готовы к съемке, я просто выйду и сделаю, что от меня требуется ".

Ведь я понятия не имел, куда они шли, что собирались делать, и я просто нашел свой способ выкрутиться. Такова природа Сэма - каждую неделю он импровизирует - так что я стараюсь пребывать в неведении.

- Есть ли ключ к характеру Сэма, что-то такое, чего зрители не знают?

- Да... , но я бы не хотел говорить об этом. Позволим Сэму иметь небольшую тайну. Во многом он - как отрывок из открытой книги. Его жизнь была очень простой.

По-моему главное в Сэме - это то, что эмоционально он очень молод. Если вы учитесь так, как он - вы заканчиваете среднюю школу в 16, заканчиваете колледж в 18, а МТИ (Массачусетский технологический институт) в 21 - у вас совсем нет времени, чтобы жить. Это как молодые спортсмены и молодые актеры - у них нет своей жизни. Они слишком заняты работой.

В эмоциональном плане Сэму нужно еще много узнать о жизни. Думаю, это для него увлекательно, в течение фильма он испытывает на себе то, что никогда бы не испытал. Он, возможно, только слышал или читал об этом, так как он из тех, кто уединился в пещере в Нью-Мексико и отвлекается в основном только на еду, потому что он ученый, и полностью поглощен своим делом. Поэтому было здорово наблюдать, как Сэм растет.

- Вы можете описать, в чем выражается его "рост", иными словами?

- Я думаю, что он намного более восприимчив к различным аспектам окружающего мира, чем это было в начале. Я думаю, что его труднее застать врасплох. Я думаю, что теперь он быстрее может приспосабливаться. Я, конечно, думаю, что он намного быстрее приспосабливается к новому облику и новой ситуации. Он намного лучший "тайный путешественник" во времени, чем он был в начале.

Важно для меня как для актера - держать его в напряжении, и одновременно поддерживать в нем чувство юмора в течение его нескончаемых перемещений. Я не хочу, чтобы Сэму стало слишком легко.

Думаю, его отношения с Элом очень изменились. В их истории есть много пробелов, которые, надеюсь, когда-нибудь будут восполнены. Они очень подружились. В начале их отношения вращались вокруг почти взаимной зависимости. Сэм сначала зависел от Эла, а затем у Эла дела пошли плохо, и он столкнулся с неприятностями, а Сэм вытащил его, и Эл стал в некоторой мере зависеть от него. Теперь, они стали почти равными после стольких испытаний.

- У вас есть любимый период, куда вы "перемещались"?

- Мы начали с 52-го года - и до настоящего времени, и даже 99-го. Мне очень нравятся многие истории из пятидесятых и начала шестидесятых. Мне кажется, они стилистически самые интересные, визуально самые интересные. Думаю, большинство историй можно было бы рассказать в любом десятилетии. Я надеюсь, что истории достаточно универсальны и находятся вне времени, так что их могли бы также играть в России, в Англии, в Австралии. В общем, так оно и происходит.

- Как Вам кажется - с какой темой фильм обращается к людям - научная фантастика, ностальгия, моменты из прошлого, актуальные темы?

- Я думаю - все вместе. Фильм предлагает зрителю так много и в то же самое время, мне кажется, не является претенциозным.

- В скольких эпизодах вы были режиссером?

- Только в двух.

- Что стало для вас самым неожиданным в режиссуре?

- Мне очень понравилось работать с актерами, даже больше, чем я ожидал. Сначала я боялся, что не смогу наладить общение. Мне очень понравилось общаться с актерами напрямую. Я - актер, который стремится быть предельно вежливым в процессе работы. Я не вмешиваюсь во взаимоотношения режиссера с другими актерами. Так что когда я работал в качестве режиссера, было очень здорово напрямую общаться с другими актерами, в некотором смысле, без участия режиссера. Это устранило одного человека из цепи.

- А вы пишете сценарии?

- Да, но неофициально. Пока еще нет.

- Что вы внесли в характер своего героя?

- Еще в начале я предложил, чтобы Сэм был немного более серьезным, чем предполагалось. Я хотел, чтобы он был более открытым.

С самого начала я был убежден в том, что Сэм не должен быть чересчур забавным. Поскольку я попытался объяснить им это сразу - попытка была успешна. К счастью меня послушали, потому что в противном случае это был бы уже не я - мне не хотелось действовать как, например, Сэм Бекетт Билла Мюррея, он был бы абсолютно другим. Я чувствовал, что мне нравится верить во все это. Я полагаю, что путешествие во времени - возможно, я верю в голограммы и в подобные вещи. Я считаю, что с научной точки зрения это возможно, мы просто пока не достигли этого, но когда-нибудь это случится.

Чтобы привлечь зрителя, и заставить его верить и сопереживать нам, я должен был быть совершенно серьезен и искренен в том, что мы делали. Каждую сцену, которую я играл, независимо от того, были ли в ней комические моменты или нет, я хотел представить таким образом.

Иногда вы можете поразить зрителей, вдруг неожиданно пошутить, например, и они ожидают от вас, что вы поведете себя таким-то образом, а вы этого не делаете. Вообще, во многих случаях хочется удивить их.

Знаете, в Дине так много замечательных комических черт, что я не чувствовал необходимости соревноваться с ним в шутках, остротах и тому подобном. В фильме я делаю много забавного и смешного, но не в том плане, в каком это предполагалось в начале.

- Как сложились отношения между Вами и Дином?

- В таких случаях невозможно знать, как все сложится. Я проходил пробы с Дином, когда он пришел в офис телекомпании, и мы сразу подружились. Кто знал, что когда мы начнем работать вместе, мы сойдемся во мнениях по большинству вопросов? Так, мы едины во мнении о том, каким должен быть фильм, что он должен являть собой. Нет никаких разногласий по этому поводу. В своей работе он не ставит себя выше меня.

Это почти как если у тебя есть брат, только без драк. Мы не деремся.

Вне работы, мы наслаждаемся компанией друг друга, дружат наши семьи и дети.

- Вы предполагали, что сериал будет продолжаться так долго?

- Нет. Пока мы работаем, я каждый день удивляюсь, что никто еще не сказал: "И что этот сериал делает в эфире?"

- Итак, любители сериала поняли, в чем заключается его идея, но мне кажется, телекомпания так и не поняла, да и Голливуд не понял.

-Что вы имеете в виду?

- Насколько я знаю, телекомпания не поняла концепцию фильма с начала, не понимает и по сей день, и если бы они могли найти способ заставить зрителей переключиться на что-то другое, вас бы уже здесь не было. Но вы сродни "Стар Треку": у вас есть преданные зрители, и они не могут игнорировать это.

- Мы с первого дня определенно были, что называется "трудным товаром". Нельзя вкратце рассказать, о чем этот фильм. Этого так просто не объяснишь.

В самый первый раз, на встрече с партнерами телекомпании и развлекательной прессой, где был представлен новый сериал, создатель сериала, Дон Беллизарио произнес: "Вот о чем этот фильм", - люди были просто ошеломлены.

Знаете, они не могли поверить, что это выйдет в эфир; они не могли вообразить себе то, о чем будет этот фильм; они не могли понять, что там делает Дин Стоквэлл. Вот - человек, получивший награду Киноакадемии, и он играет какую-то там голограмму! Никто не мог этого понять.

Нам было лишь известно, что Брэндон [Тартикофф, бывший глава NBC] обожал сериал с самого начала и поддерживал его. У них всегда были сомнения насчет того, как преподнести этот фильм, а в сущности, всегда приходится искать свой собственный путь. Зрители сами нашли его. Фактически, СМИ - вот, что спасло нас в начале, ведь пресса очень хорошо отозвалась о сериале. К счастью для нас, NBC искала качественный материал, и они пожелали предоставить нам место в эфире на некоторое время.

И в том небольшом промежутке времени, сериал сразу же нашел своего зрителя. Мы завоевывали все новых зрителей - небольшую, но устойчивую аудиторию, которая постоянно нас смотрела - в то время как они решали, что с нами делать дальше.

- Небольшая, устойчивая, но очень демографически желательная аудитория.

- Мы находимся в пятерке лучших телешоу в демографическом плане. Демография наша просто огромна. Вопрос количества очень сильно изменился с тех пор, как мы начали четыре года назад, с точки зрения того, что является приемлемым или неприемлемым, и демографический аспект приобрел важнейшую роль. Мы охватываем очень большую аудиторию. Конечно, мы не демонстрируем такую эффективность, как им бы хотелось, но я знаю, что рекламодатели любят нас, и знаю, что партнеры телекомпании любят нас, потому что мы предваряем их одиннадцатичасовые новости, и в это время канал смотрят "правильные" люди. И нравится вам это или нет, это - огромная часть того, что является телевидением.

- Рекламодатели любят вас до тех, пока вы не снимаете эпизод про геев, эпизод о защите прав животных, пока вы не показываете роман между черными и белыми, пока вы не играете священника. Тогда они волнуются об оскорблении потенциальных клиентов. Это ограничивает вас в возможностях, или вы наоборот делаете это вопреки им?

- В принципе, изначально у нас нет намерения снимать фильм кому-то вопреки. Но Дон не является глухим к этим проблемам, и осознает, что мы должны представить множество различных точек зрения и большое количество различных областей жизни. Иначе знаете, Сэм переместился бы в 35-летнего белого мужчину со стандартным набором проблем... А нужно показать все грани жизни, все виды ситуаций. Некоторые из них трудно было воспринять нашим рекламодателям.

Что ободряет и разочаровывает одновременно - это то, что есть группа рекламодателей, которые обычно выходят из сериала - не будем брать конкретный сценарий - если они слышат, что это про А, Б, В или Г. Они просто уходят. Они не хотят иметь с этим ничего общего. И это их право.

- Давайте уйдем от этих деловых вопросов. Есть ли еще какая-то идея, которую вы бы хотели воплотить?

- Мне хотелось бы снять эпизод про ребенка. Но материально это связано со многими проблемами.

- Гигантские вещи? Гигантская мебель и все такое?

- Да, и в этом трудность, но я хотел бы сделать что-то по этой линии.

Что касается актуальных проблем, есть много сериалов, в которых они рассматриваются. Видите, как хорошо, что я не продюсер сериала, потому что вот к чему бы я склонялся.

Я хотел бы, чтобы мы сделали серию о бездомных - и это легко сделать; мы просто пока не нашли подходящего момента, и Дон хочет снять об этом. Я хотел бы сделать серию о жестоком обращении с детьми. Я хотел бы сделать серию о СПИДе. И стоит сделать несколько серий на тему окружающей среды.

Я убежден, что наша аудитория не станет намного больше, но наши зрители будут смотреть нас, пока мы есть. Так что мне кажется - а они очень нам преданы - мы имеем прекрасную возможность еще о многом им рассказать, и они будут оставаться с нами. Однако надо быть осторожными, нельзя пренебрегать своими зрителями. Если мы сохраним идею сериала, мы сможем раскрыть многие другие темы.

Знаете, мы можем двигаться дальше в будущее... Мы можем дойти до момента моей смерти, или смерти Дина. Есть многое, о чем можно снять эпизод.

- Случались ли глупые ошибки, розыгрыши на съемках?

- Да, вероятно самое значительное из того, что случилось на съемках на моей памяти - мы снимали серию, в которой я был в мусорном контейнере большого корабля. Съемка заняла много времени - три дня, и в последний день я все время, все время был там; знаете, просто сидишь посреди кучи мусора, и от тебя часами дурно пахнет. Я уже думал, что все снято, а они сказали, "Нет-нет-нет. У нас еще один кадр." И я стоял там в конце дня, а десять человек, включая моих исполнительных продюсеров, явились с тортами - по наущению Дина, конечно, забросали меня ими, и я стал весь разноцветный, оставили меня болтаться в мусоре в течение двух часов, и в конце концов сняли этот кадр.

- Как вам удается оставаться энергичным? Вы, кажется, излучаете энергию.

- В основном нужно просто привыкнуть к тому, что требует твой организм. Я слежу за тем, что я ем в течение дня. Я чувствую, что несу некоторую ответственность, а в этом случае это - не столько ответственность, сколько везение - мне повезло находиться в такой ситуации, когда я могу и играть, и заряжать энергией всех в съемочной группе.

Я уверен, что все наши приглашенные звезды чувствуют себя так же хорошо, как возможно я чувствовал бы себя, будучи приглашенным в какое-либо другое шоу. Это непременное условие. И когда у вас только два постоянных актера, очень важно для фильма, чтобы приглашенные актеры чувствовали себя настоящими звездами сериала. Важно, чтобы они чувствовали себя комфортно, чтобы мы не теряли впустую полтора дня. На телевидении эти полтора дня уже не наверстать.

- Я слышал, вы катаетесь на роликах в перерывах между съемками.

- Пытаюсь.

- Как вы научились этому?

- Моя дочь много катается на коньках, и я катаюсь вместе с нею. Ей восемь. Ребята [из нашей съемочной группы] искали, что бы подарить мне на день рождения, и команда по софтболу [из актеров и съемочной группы] подарила мне целый набор для катания на роликах. Так все мы начали играть в хоккей на роликовых коньках.

- Через три с половиной года съемок вы говорите, что было только два дня, когда вам не нужно было выходить на один из этих 12-ти или 14-ти часовых съемочных дней. Как вы справляетесь с таким темпом?

Два года назад, это было в четыре утра, я нырял в озере в Голливудских Холмах. Я должен был войти в воду, а она была сорок пять градусов (+7 C - Прим. пер.). Остаток ночи, я пробегал в лесу в мокрой одежде без рубашки. Помню, как я повернулся к кому-то и сказал - "Знаете, хорошо, что мне здесь нравится, хорошо, что меня окружают люди, с которыми мне приятно находиться". Потому что, если бы это было мне не по душе, было бы весьма печально.

Ребята [из съемочной группы] тоже заряжают меня энергией, они помогают мне, когда у меня трудности. Они меня уже хорошо знают. И это сложно переоценить.